ОСТАТЬСЯ ЗАЛОЖНИКОМ ПОСЛЕДНЕГО СЛОВА
Однажды я участвовала в тренинге встреч и расставаний. Нужно было, как вы понимаете, сперва встречаться, а потом расставаться. Стратегии у всех были разные!
Некоторые встречались аккуратно, а расставались очень бережно. Кто-то не мог расстаться вообще. А кто-то, расставаясь, говорил веское последнее слово. Или вовсе толкал, бил, щипал партнера по упражнению. Когда я спрашивала, зачем люди так поступали, они отвечали разное. Кто-то говорил про обиду, другие – про невыносимость сильных чувств, а третьи – про то, что своей выходкой хотели запомниться партнеру навсегда.
Ну так вот… Если вы хотите, расставшись, надежно привязаться и прописаться в чьей-то памяти, придется нанести человеку глубокую рану. Одна моя коллега называет это «швырнуть утратой в самое сердце». Еще можно забрать драгоценное, растоптать совместные воспоминания, сжечь фото, обесценить чувства, осквернить святыни. Короче, сказать последнее слово так, чтобы не осталось пути назад, но и возможности забыть тоже не оставить. Так делают люди, которые расстаются на высокой энергии. А потому эмоционально они не в силах разойтись, но и остаться вместе тоже неспособны. Но проблема в том, что жестокость, особенно взаимная, привязывает и ранит обоих и не дает возможности выбраться из отношений. Месть и поиск справедливости тоже привязывают. Отвержение дает власть. Предательство завораживает. Недосказанность оставляет вечные вопросы. Подвешенность заставляет ждать годами. Обоих. Нанося раны, мы ранимся тоже.
Если вы реально хотите расстаться, делайте это, не создавая новых связей и финального сильного опыта. Не надо! Мягко отлепляйте волос за волосом. Неуклонно отходите сантиметр за сантиметром. Снижая энергию без резких движений. Иначе можно навечно остаться заложником своего громкого последнего слова. И я знаю, о чем говорю.Энтропия, уборка, справедливость и Бог
Однажды, в десятом классе учитель физики рассказал нам, что был в свое время совершенно ошарашен идеей энтропии и тем, что она побеждает. И что все вещи в мире стремятся к одинаковой мере беспорядка. И что нам никогда не удастся что-либо с этим поделать. Мир неуклонно погружается в хаос. Ежесекундно и навсегда.
Из этого я сделала несколько освобождающих выводов. Первое – это то, что уборка бесконечна. Как только ты вытираешь пыль, новые пылинки тут как тут. Они слетели прямо с твоей кожи. А про грязную посуду и дырки на пятках я вообще молчу. Всё неуклонно превращается в пыль. Невозможно прибраться идеально. И уж тем более раз и навсегда. Поэтому можно просто расслабиться и жить в свое удовольствие.
Второе – это осознание того, что работа бесконечна. Если работа – это способ упорядочить энтропию (причесать все свои тексты, например), то она бесконечна. И всю ее переделать просто невозможно по законам термодинамики. Поэтому можно устраивать себе перерывы и отдыхать качественно. Всё равно работа тебя догонит. Проверено.
Логика, которую многие так любят, причесывает энтропию в голове. Но общей мировой логики не существует, потому что энтропия побеждает. А это значит, что мы обречены страдать, ибо не понимаем логику другого, а иногда и логику вообще, так как многое на свете ее просто лишено. И это данность. Можно расслабиться. Если вы где-то нашли логику, это вам просто повезло.
Справедливость, кстати, которая есть этическое понятие, означающее беспристрастное отношение, соблюдение прав и долженствующее соответствие между деянием и воздаянием, тоже под вопросом. Соблюдение нравственной логики, которой по краям нашего поля зрения уже не существует, невозможно. Мир несправедлив, короче. И это проистекает из законов физики. Энтропия побеждает.
Ну и напоследок всё это неожиданно приводит к идее божественной природы всего живого. Иначе я это никак объяснить не могу. Если вокруг среда, которая стремится к одинаковой мере беспорядка в каждом уголке Вселенной, то мы, напротив, развиваемся по сценарию, делаем зачем-то работу, вытираем пыль и очень расстраиваемся, когда за пределами нашего круга влияния исчезают логика и справедливость. Нездешние мы, короче. Не от мира сего.
Ну что тут скажешь? Удивительно же!
Однажды я участвовала в тренинге встреч и расставаний. Нужно было, как вы понимаете, сперва встречаться, а потом расставаться. Стратегии у всех были разные!
Некоторые встречались аккуратно, а расставались очень бережно. Кто-то не мог расстаться вообще. А кто-то, расставаясь, говорил веское последнее слово. Или вовсе толкал, бил, щипал партнера по упражнению. Когда я спрашивала, зачем люди так поступали, они отвечали разное. Кто-то говорил про обиду, другие – про невыносимость сильных чувств, а третьи – про то, что своей выходкой хотели запомниться партнеру навсегда.
Ну так вот… Если вы хотите, расставшись, надежно привязаться и прописаться в чьей-то памяти, придется нанести человеку глубокую рану. Одна моя коллега называет это «швырнуть утратой в самое сердце». Еще можно забрать драгоценное, растоптать совместные воспоминания, сжечь фото, обесценить чувства, осквернить святыни. Короче, сказать последнее слово так, чтобы не осталось пути назад, но и возможности забыть тоже не оставить. Так делают люди, которые расстаются на высокой энергии. А потому эмоционально они не в силах разойтись, но и остаться вместе тоже неспособны. Но проблема в том, что жестокость, особенно взаимная, привязывает и ранит обоих и не дает возможности выбраться из отношений. Месть и поиск справедливости тоже привязывают. Отвержение дает власть. Предательство завораживает. Недосказанность оставляет вечные вопросы. Подвешенность заставляет ждать годами. Обоих. Нанося раны, мы ранимся тоже.
Если вы реально хотите расстаться, делайте это, не создавая новых связей и финального сильного опыта. Не надо! Мягко отлепляйте волос за волосом. Неуклонно отходите сантиметр за сантиметром. Снижая энергию без резких движений. Иначе можно навечно остаться заложником своего громкого последнего слова. И я знаю, о чем говорю.Энтропия, уборка, справедливость и Бог
Однажды, в десятом классе учитель физики рассказал нам, что был в свое время совершенно ошарашен идеей энтропии и тем, что она побеждает. И что все вещи в мире стремятся к одинаковой мере беспорядка. И что нам никогда не удастся что-либо с этим поделать. Мир неуклонно погружается в хаос. Ежесекундно и навсегда.
Из этого я сделала несколько освобождающих выводов. Первое – это то, что уборка бесконечна. Как только ты вытираешь пыль, новые пылинки тут как тут. Они слетели прямо с твоей кожи. А про грязную посуду и дырки на пятках я вообще молчу. Всё неуклонно превращается в пыль. Невозможно прибраться идеально. И уж тем более раз и навсегда. Поэтому можно просто расслабиться и жить в свое удовольствие.
Второе – это осознание того, что работа бесконечна. Если работа – это способ упорядочить энтропию (причесать все свои тексты, например), то она бесконечна. И всю ее переделать просто невозможно по законам термодинамики. Поэтому можно устраивать себе перерывы и отдыхать качественно. Всё равно работа тебя догонит. Проверено.
Логика, которую многие так любят, причесывает энтропию в голове. Но общей мировой логики не существует, потому что энтропия побеждает. А это значит, что мы обречены страдать, ибо не понимаем логику другого, а иногда и логику вообще, так как многое на свете ее просто лишено. И это данность. Можно расслабиться. Если вы где-то нашли логику, это вам просто повезло.
Справедливость, кстати, которая есть этическое понятие, означающее беспристрастное отношение, соблюдение прав и долженствующее соответствие между деянием и воздаянием, тоже под вопросом. Соблюдение нравственной логики, которой по краям нашего поля зрения уже не существует, невозможно. Мир несправедлив, короче. И это проистекает из законов физики. Энтропия побеждает.
Ну и напоследок всё это неожиданно приводит к идее божественной природы всего живого. Иначе я это никак объяснить не могу. Если вокруг среда, которая стремится к одинаковой мере беспорядка в каждом уголке Вселенной, то мы, напротив, развиваемся по сценарию, делаем зачем-то работу, вытираем пыль и очень расстраиваемся, когда за пределами нашего круга влияния исчезают логика и справедливость. Нездешние мы, короче. Не от мира сего.
Ну что тут скажешь? Удивительно же!