Если в раннем детстве ребенка сразу воспитывали по какой-либо удобной родителям системе и не позволяли ему изучать свои собственные ритмы и потребности, то дальше такому ребенку может быть довольно сложно чувствовать и обозначать свои самые простые желания. Вырастая, он продолжает искать внешние указания, границы и правила, по которым сможет жить так, как захочет, а получив импульс извне, расстраивается, что это не совсем то или совсем не то, что он хотел, но продолжает запрашивать дальше. Принимает, пробует, расстраивается и отчаивается получить от мира то, что нужно, или хотя бы понять, что это такое.
Такой человек обычно предельно чувствителен к импульсам и желаниям других. Прямо до телепатии. Но совершенно глух к своим. Других лелеет, а себя муштрует и вписывает в разные внешние конструкции. Копит напряжение и фрустрацию от неосознанных и нереализованных желаний.
Работая с таким человеком, ты как будто попадаешь в комнату для хранения, в которой сложено всё сразу. И купальники, и презервативы, и горные лыжи. Всё это нужно было бы использовать в определенный момент, но момент этот никогда так и не был найден. А предметы, мечты, планы и желания остались и всё еще копятся. Только непонятно, что сейчас использовать: зонтик или нож, нижнее белье или кирзовые сапоги. И непонятно даже, как это вообще понять. И горько оттого, что не понял раньше. И хочется, чтобы кто-то догадался, но все предлагают что-то не то. И мучительно заходить в эту комнату, потому что там на тебя падает всё сразу. Но и не заходить мучительно, ибо оттуда глядит с надеждой вся непрожитая жизнь.